Фрагмент постера фильма "Тот еще Карлосон"
Фрагмент постера фильма "Тот еще Карлосон"

Начну с самого главного. Хотя от режиссера… эээ… весьма специфичного римейка "Служебного романа" и совершенно чудовищного "Беременного" можно было ожидать всякого, фантворчество Сарика Андреасяна по мотивам трилогии Астрид Линдгрен о Карлсоне получилось совсем не таким кошмарным, как некоторые опасались. Как воспримут новый отечественный фильм дети, я, впрочем, предсказать не возьмусь: их реакция далеко не всегда понятна взрослым. Совершеннолетним зрителям, для которых летающий человечек с пропеллером остается самым светлым воспоминанием детства, лучше "Карлосона" все же не смотреть, но остальные интересующиеся могут попробовать. Однако всем, решившим увидеть эту картину, непременно нужно помнить, что все хорошее в ней связано с идеями Линдгрен, а чем дальше сценаристы от них уходят, тем хуже у них получается.

Чтобы понять, почему так произошло, нужно попытаться определить причины многолетней популярности сказок о Карлсоне. Это очень непростая задача: появление шедевра всегда непредсказуемо, оно не подчиняется правилам. Но попробовать все же можно.

Первым бросается в глаза то, что в историях о Малыше и Карлсоне события разворачиваются в самом обыкновенном большом городе, поэтому читателям очень легко представить себя на месте персонажей. В авторских сказках ХХ века подобное место действия — огромная редкость. Обычно, чтобы пережить захватывающие дух приключения, маленьким горожанам непременно нужно куда-то уехать — чаще всего в волшебную страну (в Нарнию или в магическую часть Великобритании), иногда в деревню, — например, в Простоквашино. Исключения из этого правила крайне редки; мне вспоминается только "Цветик-семицветик" и некоторые другие сказки Валентина Катаева. В свое время они были очень любимы читателями (надеюсь, не забыты и сейчас), но никогда не пользовались такой популярностью, как "Карлсон"… Значит, дело не только в месте действия, но и в других особенностях самого знаменитого произведения Астрид Линдгрен.

Сюжет трилогии о Малыше и Карлсоне при всей своей кажущейся простоте очень глубок и неоднозначен.

Большую часть времени Карлсон говорит и действует как капризный, избалованный ребенок лет четырех-пяти, и Малыш ведет себя с ним точно так же, как вел бы себя с маленьким братиком или сестренкой. Но в семье Свантесон младший ребенок именно Малыш, и в отсутствие Карлсона он мог вырасти избалованным эгоистом. Однако все сложилось иначе: мальчик отдавал новому другу большую часть сладостей и вкусностей и регулярно убирался в своем и его доме, стремясь хоть немного нейтрализовать последствия совместных шалостей. Что ж, искренняя забота о друзьях и привычка к труду не повредили еще ни одному ребенку, так что эффект от присутствия Карлсона в жизни Малыша безусловно положителен.

Однако красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил учил Малыша не только трудолюбию и самоотверженности, но и мужеству. Прогулки по крышам и полеты над городом — занятия опасные даже при наличии рядом летающего Карлсона, который все же не так умен и решителен, каким себя считает. Поэтому иногда Малышу приходилось в очень опасной обстановке думать и действовать за двоих, и важность такого опыта для мальчика переоценить трудно.

Но и это еще не все: несмотря на весь свой эгоизм, Карлсон, не раздумывая, бросается на помощь всем, кому по-настоящему плохо. И если проблемы малышки Гюль-фии наверняка разрешились бы после возвращения ее родителей, то деревенскому парню, которого обворовали наглые Филле и Рулле, не помог бы никто, кроме Карлсона и Малыша. В обоих случаях спасители не получили от спасенных ими людей даже слова благодарности: грудные дети не умеют говорить, а наивному Оскару незачем было знать, что деньги и часы ему вернул летающий человечек… Так что мелочный эгоизм в характере Карлсона удивительным образом сочетается с бесстрашием, надежностью и самоотверженностью в серьезных вопросах. Давно известно, что научить ребенка чему-нибудь проще всего не нравоучениями, а личным примером, и общение с Карлсоном наверняка помогло Малышу понять, что, бескорыстно помогая людям, чувствуешь себя по-настоящему счастливым.

Разумеется, самый лучший в мире укротитель домомучительниц помогал не только незнакомцам, но и своему лучшему другу, однако в этом вопросе наблюдается интересная закономерность. Карлсон вмешивался в дела Малыша, только когда тот сталкивался с по-настоящему сложной и непреодолимой проблемой в отношениях с взрослыми: домомучительницей фрекен Бок, противным дядей Юлиусом, ворами Филле и Рулле… Конфликты с другими детьми Малыш всегда разрешал самостоятельно, без помощи Карлсона, что вполне логично. Если вместе верные друзья успешно укрощали и низводили взрослых разной степени вредности, в том числе и настоящих преступников, то с любым ребенком, даже самым злым и сильным, справились бы играючи. А сражаться с изначально более слабым противником Карлсон явно не любит, поскольку на страницах трилогии не делает этого ни разу. Да и Малышу такое явно не по душе.

А еще есть у Карлсона одна особенность, по-моему, не замечаемая читателями, которым он не нравится: до знакомства с Малышом летающий человечек был абсолютно одинок. Да, Карлсон как-то рассказывал другу о своей бабушке, но на страницах трилогии она ни разу не появилась, а фантазия у лучшего в мире поедателя тефтелек, как известно, богатейшая. Впрочем, даже если бабушка у Карлсона и вправду есть, то живет она в деревне, очень далеко от внука. Так что большую часть времени Карлсон проводил один, и никто не кормил его тортами и фрикадельками, не лечил вареньем и шоколадом от страшных болезней, не называл самым лучшим в мире и не прибирался в его захламленном домике. Впрочем, не исключено и то, что Малыш — не первый друг Карлсона; просто предыдущий приятель повзрослел и стал интересоваться оценками, дипломами, деньгами и будущей профессией больше, чем возможностью устроить самый громкий в мире хлюп… Но, как бы то ни было, очень похоже, что Карлсон так настырно требует от Малыша заботы просто потому, что очень одинок.

Что же происходит в "Карлосоне" отечественного разлива? Первое, что бросается в глаза, — здесь летающий человечек не одиночка, а нерадивый отпрыск древнего и многочисленного клана метриков, главная цель которых — помогать несчастным одиноким детям. Эту благородную задачу Карлосон, на мой взгляд, выполняет гораздо прямолинейнее, чем его почти-тезка из сказок Линдгрен, — не личным примером, а нравоучениями, очевидность которых восхитила бы любую домомучительницу. А вот дети к таким вещам относятся гораздо прохладнее.

Мне также не очень понятно, зачем вообще понадобилось столь подробно рассказывать о происхождении всеми любимого героя. Многие поколения россиян с восторгом читают книги о приключениях Карлсона, не задумываясь о том, откуда он взялся. И, по-моему, вполне очевидно, что лучший в мире друг детей просто не мог однажды не появиться в стране, где его так давно и сильно любят… Впрочем, возможно, в данном случае я просто придираюсь к мелочам.

Гораздо хуже то, что за все время, пока идет лента, Малыш и Карлсон не совершили ни одного бескорыстного доброго поступка (попытка защитить отца Малыша от мерзких жуликов, конечно, благородна, но совсем уж бескорыстной ее назвать нельзя). Когда положительные герои не делают ничего хорошего и никому не помогают — это очень грустно и само по себе и потому, что совершенно непонятно, зачем сочувствовать таким эгоистичным персонажам.

А еще в новом отечественном фильме Малыш ни разу не убирался за Карлосоном, хотя его шведский тезка делал это регулярно. Судя по всему, наши кинематографисты считают, что российским мальчикам привычка к уборке не нужна: всегда найдутся женщины, которые избавят своих мужчин от хлопот… Это, конечно, дело вкуса, но в данном вопросе мне как-то ближе позиция Астрид Линдгрен.

Еще одна очень серьезная проблема "Карлосона" — школьная часть сюжета в целом и отношения Малыша с нехорошим Альбертом в частности. Насколько правдоподобным получился рассказ об учебе Малыша в новом городе и отношениях с одноклассниками, взрослым судить трудно: последнее слово в таких вопросах всегда остается за детьми. Но мне эта сюжетная линия показалась абсолютно неубедительной, а тот факт, что главным классным пугалом оказалась полная девочка, по-настоящему возмутил. Дети не виноваты в том, что у них есть лишний вес: обычно это результат или глупости родителей, или серьезной болезни. Судить о человеке только по внешности – мерзко, и уж совсем скверно, когда подобное отношение к сверстникам, которые не похожи на других, воспитывают у детей взрослые люди…

Странновато выглядит и конфликт Малыша со школьным недругом, — точнее, месть Малыша и Карлсона нехорошему Альберту. Мальчиш-Плохиш разбирался с Малышом один на один, без помощи приятелей-громил, а главный положительный герой оказался способен на страшную мстю только вместе с Карлсоном, который может поставить на место и домомучительницу, и воров. Как-то не очень честно получается, точно по принципу: "Мы с приятелем вдвоем одного всегда побьем"… Так что, похоже, мудрая Астрид Линдгрен не случайно никогда не упоминала о школьных проблемах своего героя. Разовые конфликты с честными оппонентами нужно решать один на один, а если бы Малыша начала травить злобная компания, то сказка о нем стала бы гораздо грустнее, чем она есть. Такая мрачность в данном случае вполне обоснованно не входила в планы автора: точное следование жанру всегда лучше бессмысленной мешанины. (А тем, кто хочет узнать, как Линдгрен умеет грустить, можно почитать, например, "Братьев Львиное Сердце".)

А вот над российской версией фрекен Бок Карлосон вполне мог и поиздеваться: к сожалению, в нашей стране есть немало взрослых, которые с огромным удовольствием унижают и мучают детей. Конечно, если бы сценаристы создали традиционный образ домомучительницы, то исполнительницу этой роли неизбежно сравнивали бы с великими Фаиной Раневской и Татьяной Пельтцер, блестяще сыгравшими фрекен Бок соответственно в мультипликационном фильме и в спектакле Театра Сатиры, а такое соперничество под силу немногим актрисам. Но зло, о котором рассказала в своей сказке Линдгрен, живо по-прежнему, и победить его трудно. Тут помощь Карлсона очень пригодилась бы, и ради настолько важной цели кинематографистам стоило бы рискнуть.

Впрочем, Нонна Гришаева в роли домомучительницы ослепительно хороша, да и образ этой героини придуман интересно. Смущает меня лишь одно – явная, хотя и незлая, насмешка над поклонниками "Сумерек". Безусловно, невероятная популярность этой трилогии удивляет многих. Но давно известно: причины непонятного явления нужно изучать, даже если оно не вызывает восторга. А насмешкам еще никогда не удавалось заставить поклонников отказаться от кумиров, — наоборот, чужие шутки только озлобляют фанатов против всех, кто не разделяет их взгляды…

Но больше всего в "Карлосоне" меня шокировал эпизод дня рождения Малыша, — точнее, поведение отца в столь значимый для его сына праздник. Дело было так: в разгар торжества, в присутствии одноклассников Малыш отказался гасить свечи на праздничном торте, поскольку хотел дождаться Карлосона. Конечно, такой поступок выглядит очень странно, он вполне обоснованно должен встревожить родителей. Но, во-первых, желание поделиться тортом с воображаемым другом как минимум бескорыстно, в отличие от попытки переложить на воображаемого друга ответственность за свои нехорошие поступки. Во-вторых, в день рождения ребенок имеет право на фантазии, даже самые странные. В-третьих, позорить ребенка перед его одноклассниками нельзя.

Поэтому в данной ситуации любой нормальный родитель сказал бы примерно следующее: "Не сомневаюсь, Карлосона задержали очень серьезные дела, и ты молодец, что хочешь дождаться друга. Но вдруг Карлосон сможет навестить тебя только вечером? А сейчас за столом сидят десять твоих друзей, и радушный хозяин не должен заставлять гостей ждать. Так что предлагаю компромисс: разрежь торт сейчас, а если Карлосон все же появится, мы специально для него купим еще один торт со свечами. Договорились?" Такая реакция родителей позволяла Малышу сохранить лицо перед сверстниками, а вот если бы он отказался пойти на компромисс, это был бы уже очень серьезный повод для беспокойства.

Но в новой отечественной картине отец Малыша поставил вопрос ребром: "Или режь торт немедленно, или никакого праздника не будет, а гости разойдутся по домам". Разумеется, именинник не отрекся от друга, и праздник был сорван.

Чем плоха реакция отца Малыша? Во-первых, все присутствовавшие на празднике одноклассники именинника твердо запомнили: с его глупыми фантазиями считаться не стоит, над ними можно и нужно смеяться. Во-вторых, все дети, в том числе и Малыш, накрепко усвоили: взрослые имеют полное право не уважать внутренний мир детей и их право на фантазии. И этот урок все участники несостоявшегося дня рождения непременно применят на практике и в школьные годы, и позже, когда сами станут родителями. Конечно, Малыша до некоторой степени защитило от травли сверстников появление Карлосона на школьном концерте, но оно не отменило главного урока, преподанного одноклассникам Малыша его отцом: детские фантазии нельзя принимать всерьез и нужно высмеивать. Последствия этого урока будут очень серьезными и страшными, потому что люди, боящиеся своих фантазий и не уважающие чужие мечты, несчастны и ущербны. Без фантазии ни на что не способны ни представители творческих профессий, ни ученые, ни учителя, ни воспитатели. Кроме того, самые важные чувства в человеческой жизни: верность, честь, любовь (в том числе к детям и к родителям) — тоже, по сути, основаны не на реальных, а на фантазийных предпосылках, ведь гораздо проще и выгоднее любить только себя, ничего не защищать и ни о ком не заботиться. А научно доказать целесообразность, например, патриотизма или самоотверженности не сумел пока никто.

Было бы еще полбеды, если бы чудовищный поступок отца Малыша хоть как-то осуждался и разоблачался, но в ленте не происходит ничего подобного. Появление Карлосона доказывает лишь правдивость некоторых детских фантазий, а не безусловную их ценность независимо от истинности. И эта жутковатая мораль нового отечественного фильма, появившаяся, скорее всего, случайно, а не по воле кинематографистов, по-настоящему пугает.

Сюжетных нестыковок в картине тоже хватает. Например, появление Карлосона на школьном концерте, который наверняка снимали на видео многие учителя и родители, выглядит очень и очень странно, особенно по сравнению с первоисточником.

У Линдгрен Карлсон раскрывал свое инкогнито дважды. В конце первой книги он пришел на день рождения Малыша и познакомился с его родителями, старшими братом и сестрой, а также с одноклассниками Кристером и Гуниллой. Этот поступок, при всей его демонстративности, был практически безопасен для Карлсона. Понятно, что рассказам своих детей о чудесном летающем человечке родители Кристера и Гуниллы наверняка не поверили, объяснив все или фантазией малышей, способной оживить игрушку, или тем, что родители именинника пригласили на его день рождения актера или попросили кого-то из знакомых притвориться Карлсоном.

Во второй раз Карлсон появился перед людьми в очень страшное для себя время: люди, заметившие над Стокгольмом странный летающий объект, объявили его спутником-шпионом и назначили огромную награду за его поимку. Понятно, что рано или поздно Карлсона все равно бы схватили, а вскоре после этого и он, и Малыш непременно оказались бы в поле зрения спецслужб. В такой ситуации Карлсон очень правильно рассудил, что лучшая защита — это нападение, и отправился в редакцию "желтой газеты", где раскрыл свое инкогнито и потребовал награду, назначенную за поимку спутника-шпиона. Появившаяся в газете статья с фотографиями, во-первых, нейтрализовывала всех искателей легкой наживы, во-вторых, объясняла спецслужбам, что на существо с психологией пятилетнего ребенка рассчитывать не стоит, в-третьих, убеждала самых завзятых скептиков, что нет ни Карлсона, ни спутника-шпиона, а есть лишь вранье журналистов, охочих до фальшивых сенсаций. Впрочем, после визита в редакцию летающему человечку все равно лучше было исчезнуть из Стокгольма, и не зря трилогия заканчивается прощанием Карлсона и Малыша…

А в новой отечественной ленте появление Карлосона в школе наверняка сняли на видео не только учителя, но и немало родителей. Многочисленные видеоматериалы и свидетельства десятков не знакомых друг с другом и психически нормальных людей никак нельзя счесть враньем или галлюцинацией. При этом, в отличие от сказки Линдгрен, где Карлсон один, в российском фильме метриков много, и, соответственно, их гораздо легче обнаружить… Так что последствия визита Карлосона в школу могут оказаться поистине ужасными и для него самого, и для его народа. А вот если бы Карлосон не стал выпендриваться и пришел на день рождения Малыша, это бы абсолютно не удивило гостей — детей из обеспеченных семей, привыкших к чудесным сюрпризам, в том числе и к аниматорам с разнообразными техническими устройствами…

Понятно, что фильм с таким количеством логических ошибок и сюжетных нестыковок никак не мог стать шедевром, но как минимум два достоинства у его сценария все же имеются.

Во-первых, все, что придумала Линдгрен много лет назад, по-прежнему смотрится на ура, а параллелей со знаменитой сказкой в "Карлосоне" немало.

Во-вторых, очень интересными получились многочисленные цитаты из шедевров кинематографа — от "Джентльменов удачи" до "Запаха женщины". Понятно, что дети это вряд ли оценят, но родителей приятные мелочи наверняка порадуют.

Режиссура тоже заслуживает добрых слов. Как ни странно это прозвучит для тех, кто помнит "Беременного", но новая работа Андреасяна практически лишена пошлости. Актеры играют не дебильных придурков, а серьезных людей с серьезными проблемами: папа Малыша озабочен работой и странными фантазиями сына, домомучительница страдает по прекрасному вампиру, мошенники заняты делами своей итальянской трастовой фирмы "Хвостогриво"... В общем, все как в жизни.

Еще одно несомненное достоинство картины — выдержанный с первого до последнего кадра ритм повествования. Его не назовешь слишком динамичным, но он нигде не замедляется и не убыстряется, а это безусловный признак профессионализма в кинематографе.

Конечно, спецэффекты оставляют желать много лучшего, но иного от современной российской ленты ожидать было нельзя. Да и вообще, по-моему, для хорошей сказки супернавороченные спецэффекты не обязательны; гораздо важнее, чтобы история была по-настоящему доброй и волшебной…

Меньше всего в "Карлосоне" мне понравился исполнитель главной роли Михаил Галустян. Я понимаю, что восприятие каждого конкретного человека — сугубо субъективная штука, но, на мой взгляд, актеру очень сильно не хватает доброты, обаяния и бескорыстного авантюризма. Идеальным Карлсоном для меня по-прежнему остается мультипликационный, великолепно озвученный Василием Ливановым. Карлсон Спартака Мишулина мне нравится меньше, но он безусловно добр и простодушен, что для лучшего в мире друга очень важно. А Галустян, по-моему, совсем не подходит для данной роли… Скорее всего, это всего лишь мое субъективное восприятие, но впечатление от "Карлосона" оно мне испортило сильно.

Еще меня невероятно поразила работа художника: согласно его замыслу, Малыш живет в комнате с сине-фиолетовыми стенами. Счастье еще, что в такой обстановке к ребенку пришел Карлосон, а не Фредди Крюгер какой-нибудь и не Клоун-Убийца…

А, подводя итоги, могу лишь повторить то, что сказала в начале рецензии. Тем, для кого настоящий Карлсон остается самым светлым воспоминанием детства, лучше не встречаться с его русскоговорящим почти-тезкой. Остальные интересующиеся могут рискнуть, хотя детей сначала лучше познакомить со сказкой Линдгрен и с советским мультфильмом, созданным на ее основе.


comments powered by HyperComments

XI МКФ "Зеркало": "Я не мадам Бовари" и "Теснота" "В центре циклона"

Премьера фильма "Холодное танго"

Умер Алексей Баталов

Завершились съемки сериала о Рихарде Зорге

XXVIII ОРКФ "Кинотавр": "Аритмия" победе не помеха

Открытие кинофестиваля "Зеркало"