Александр Збруев в фильме "Кино про Алексеева"
Александр Збруев в фильме "Кино про Алексеева"

Новая работа режиссера Михаила Сегала "Кино про Алексеева" понравилась мне гораздо больше, чем его предыдущий фильм "Рассказы". Тем не менее, замысел постановщика я, похоже, совершенно не поняла. Чтобы полностью объяснить свое недоумение, мне пришлось бы раскрыть все секреты сюжета, чего делать не хочется. (Подсказка: нестыковки, которые зрители заметят на экране, — это не ошибки кинематографистов, а часть общего замысла.) Но хоть как-то мотивировать собственное мнение нужно, поэтому выдать часть тайн все же придется.

На мой взгляд, главное отличие "Кино про Алексеева" от "Рассказов" заключается в отношении постановщика к персонажам. В предыдущей своей работе Сегал страстно осуждал бездуховность и бескультурье современных россиян, чувствуя себя бесконечно далеким от них; временами грозящий героям палец режиссера был виден на экране невооруженным глазом. Увы, весь обличительный пафос картины, по-моему, пропал втуне: если кинематографистам чужды проблемы персонажей, то и зрители не сочтут их своими. (Лучший пример того, как нужно снимать сатиру, лично для меня — "Иван Васильевич…", в котором и Гайдай, и Яковлев, и Этуш сумели пропустить через себя недостатки даже самых омерзительных героев.)

К счастью, в данном отношении в "Кино про Алексеева" все совсем иначе, чем в "Рассказах". Главные герои новой ленты Сегала — советские интеллигенты, и, повествуя об их недостатках, он говорит и о себе. Свое сердце постановщик, может, и не располовинил, но по живому безусловно резал. Это очень хорошо видно и, на мой взгляд, значительно повышает качество данной работы режиссера.

Еще одно несомненное достоинство "Кино про Алексеева" — великолепная проработка образов персонажей — было свойственно и "Рассказам". Сегал умеет буквально за пару минут поведать зрителям очень многое о тех, кого они видят на экране: почти сразу становятся понятны и характеры героев, и их судьбы. Когда режиссер, приобретая новые достоинства, не теряет прежних — это прекрасно.

Также в новом отечественном фильме очень радует вполне достойное отражение на экране цвета сразу двух эпох — "оттепели" и застоя, включающее в себя воссоздание известных исторических событий. Данное достоинство тем более удивительно, что "Кино про Алексеева" снималось на очень небольшие деньги. Тем не менее, оператору, художнику, художнику по костюмам и гримерам, работавшим вместе с Сегалом, удалось совершить самое настоящее чудо. Молодцы, что еще сказать.

Увы, лично для меня на этом список бесспорных достоинств новой отечественной картины и заканчивается. Недостатков у нее практически нет: постановщику удалось в полной мере реализовать свой замысел, вот только понять его я, похоже, не сумела. Так что все нижеследующее — мое субъективное (и, возможно, очень далекое от идей режиссера) восприятие увиденного.

Больше всего меня поразил тот факт, что Сегал явно снимал свою ленту исключительно для людей, которые не просто хорошо, а досконально знают историю советского искусства 60-х – 80-х годов. Например, я в силу профессии, разумеется, узнала съемочную площадку, на которую однажды привел Алексеева его лучший друг. Также более-менее уверенно предполагаю, что главный герой нового отечественного фильма вместе со своей будущей женой смотрел "Пять вечеров" не где-нибудь, а в "Современнике" — одном из главных советских театров эпохи "оттепели". А вот история КСП (Клубов самодеятельной песни) мне практически неизвестна, поэтому понять значение фестивалей, на которых выступал Алексеев, я, увы, не могу.

Сколько молодых зрителей сумеют (и, главное, захотят) разгадать сегаловские ребусы, я предсказать не возьмусь. Более того, я сильно сомневаюсь, что хитроумные задумки режиссера окажутся полностью понятны даже людям старшего поколения, которые прекрасно помнят и "оттепель", и застой: очень уж на экране все таинственно.

Лично мне непонятно, зачем снимать фильм, который смогут до конца расшифровать лишь немногие зрители старше сорока. Может, лучше было бы попытаться заинтересовать историей родной страны тех, кому она не слишком хорошо известна?!.. Впрочем, каждый творческий человек, разумеется, имеет полное право работать так, как хочет, не оглядываясь на чужое мнение, поэтому мои претензии абсолютно безосновательны.

Загадочная картина Сегала повествует о вымышленном барде Николае Алексееве, судьба которого, по-моему, должна символизировать жизнь советской интеллигенции во второй половине ХХ века вообще и движение КСП в частности. Выбор именно этого героя кажется мне чрезвычайно странным, причем сразу по нескольким причинам.

Начну с того, что, по-моему, осуждать человека за сотрудничество с КГБ вправе лишь те, кто в свое время получил такое же предложение и нашел в себе силы отказаться. Нам, людям третьего тысячелетия, совершенно невозможно вообразить, какое влияние имели в советскую эпоху сотрудники силовых структур — они могли походя разрушить и судьбу самого строптивца, и жизни его близких.

Примеров известно множество. Против Владимира Высоцкого фабриковали множество уголовных дел, и обвинения были самые разные — от организации "левых" концертов до изнасилования несовершеннолетней. Владимира Семеновича спасла от тюрьмы универсальность таланта — его песни любили не только зэки и академики, но и милиционеры, которые раз за разом разваливали сфальсифицированные дела, рискуя собственной карьерой. А вот поклонников творчества Иосифа Бродского среди сотрудников правоохранительных органов не нашлось, поэтому замечательного поэта обвинили в тунеядстве и приговорили к максимально возможному наказанию — пяти годам принудительного труда в отдаленной местности. Вырваться из ссылки Иосифу Александровичу помогло лишь заступничество многих знаменитых людей его времени…

Поэтому не знаю, кто как, а лично я не возьмусь судить человека, который не выдержал давления и пошел на сотрудничество с органами. Ни дружить с сексотом, ни оправдывать его, ни жалеть я не хотела бы, но понять вполне могу: страх творит с людьми жуткие вещи. Честь и слава героям, которые отказались сотрудничать с КГБ, рискуя как минимум карьерой, и не дай Бог никому из нас сломаться и повторить судьбу тех, кто не выдержал это испытание.

Нужно еще понимать, что осведомители бывают разные. Есть стукачи по призванию, которые с огромным удовольствием разрушают жизни всех, кто умнее, успешнее и талантливее; это не люди, а гниды, они всегда найдут возможность напакостить другим, и без подобных мерзавцев мир стал бы гораздо лучше. А несчастные, согласившиеся сотрудничать с КГБ из страха за себя и близких, далеко не всегда становились отъявленными негодяями; возможно, они никогда не пошли бы на подлость, если бы жили в более свободной стране. В практическом смысле разница между двумя видами стукачей, наверное, невелика: людям все равно, по каким причинам на них доносят. Но при оценке личности данное отличие все же имеет значение. А у героя новой отечественной ленты я ни разу — ни в одном эпизоде, ни в одном кадре — не заметила ни злобы, ни зависти по отношению к более успешным и талантливым. Так что Алексеев — не только и не столько палач инакомыслящих, сколько жертва подлого режима, поэтому я не считаю себя вправе осуждать его.

В частной жизни главный герой нового российского фильма ведет себя не лучшим образом. Алексеев эгоистичен, тщеславен, способен выдать чужие мудрые слова за свои, легко изменяет жене. Но, по-моему, все эти недостатки не выходят за рамки среднестатистических, и я не понимаю, почему барда нужно судить за них строже, чем человека, лишенного талантов. Когда мы смотрим такие картины, как "Осенний марафон", "Полеты во сне и наяву", "Географ глобус пропил", то с пониманием относимся к весьма далекому от идеала поведению главных героев: наш мир, увы, не рай, и люди здесь не похожи на ангелов. Но от представителей творческих профессий почему-то принято требовать плакатно-правильного поведения и полного отсутствия недостатков, хотя это точно такие же люди, как и все остальные. Причины данного положения вещей мне абсолютно неясны. Конечно, каждый имеет право на собственное мнение, я же в данном отношении полностью согласна с братьями Вайнерами: "Единство характера и таланта — точно такая же иллюзия, как сливающиеся на горизонте рельсы". Поэтому осуждать Алексеева за тщеславие и эгоизм я тоже не считаю себя вправе.

Что же касается таланта этого человека… Еще не зная авторов звучащих на экране песен, я отметила, что все они созданы неглупым, небездарным и наблюдательным человеком, и особенно выделила две — "Ты свети" и "Дезертира". Лишь вернувшись из кинотеатра домой, узнала, что "Дезертир" написан Ф. Вейсом и И. Гольцовым, "Ты свети" — В. Русиным, а автор остальных песен — сам Михаил Сегал. Трудно сказать, насколько громко зазвучали бы песни современного российского режиссера в эпоху расцвета КСП, но бесспорно то, что они созданы в полном соответствии с тогдашними традициями. До начала "оттепели" советский человек был обязан рукой голосовать, ногой маршировать, головою гвозди забивать и не требовать за это ничего ни для себя, ни для близких, однако первое же поколение бардов тихо, но очень внятно заявило, что больше не намерено гробить жизнь на стройках коммунизма. Любители авторской песни предпочитали радоваться простым вещам — жевать мороженое без остановки, любоваться рассветами и закатами, странствовать по Таймыру, Памиру, республике Цветаевой и области Заболоцкого — в общем, определять свою судьбу самостоятельно, без оглядки на мнение больших людей из партии и правительства. Так что и в 60-е, и в 70-е годы негромкие, "мелкотемные" песни Сегала были бы вполне к месту.

Если же брать реальность не жизни, а новой отечественной ленты, то там творчество Алексеева оказалось жизненно необходимо как минимум трем людям: супругам-москвичам, всячески опекавшим Николая, и девочке, которая, повзрослев, стала журналисткой. Если песни барда произвели настолько сильное впечатление на трех близких ему людей, то логично предположить, что и некоторым незнакомцам они помогли воспитать вкус к хорошей поэзии, задуматься о важных вопросах, пережить горе, острее почувствовать счастье — в общем, включить тот самый вечный думатель, без которого невозможно существовать в трудные времена. Сколько у Алексеева в действительности было поклонников — пять, десять или сто — вопрос другой, но даже при самом скромном ответе бард безусловно жил и работал не зря. А что перевесит в итоге — песни, которые хотя бы нескольким людям помогли жить, думать и любить, или друзья, выданные кагэбэшникам, — пусть решает Бог…

Алексеева, в отличие от персонажей "Рассказов", Сегал, по-моему, не судит, и это хорошо. Но мне все равно непонятно, почему для фильма о судьбе небездарного советского интеллигента во второй половине ХХ века режиссер выбрал именно такого героя. Если постановщик собирался продемонстрировать, что ложь порождает лишь ложь, то данный тезис опровергается сюжетом картины: как минимум три искренних поклонника у Алексеева были. Если Сегал намеревался показать зрителям, как живет среднестатистический человек, вынужденный ради собственного благополучия предавать друзей, то неясно, почему именно эта тема осталась на третьем плане повествования. (Всем, кому интересна данная проблема, очень советую посмотреть великую картину "Мефисто", созданную Иштваном Сабо.)

Если же режиссер просто хотел напомнить людям, что даже в КСП отнюдь не все были ангелами, то все равно, по-моему, выбрал неправильного героя. Спору нет, сексотов (как по несчастью, так и по призванию) в бардовской среде в советские времена наверняка было немало, но это внешнее воздействие (вроде войны или стихийного бедствия), по которому нельзя судить о движении в целом.

На мой взгляд, маленькие, но острые конфликты и крохотные (и потому особенно опасные) искушения гораздо типичнее для любых творческих коллективов, чем угроза прямого сотрудничества со спецслужбами. Поэтому рассказ о не столь глобальных, но более распространенных проблемах безусловно сделал бы ленту о КСПшниках глубокой, достоверной и увлекательной.

Разумеется, история раздавленной души человека, который на протяжении многих лет доносил на своих друзей, тоже очень значима и актуальна (особенно для России), но именно в силу важности данной сюжетной линии ее следовало делать центром и нервом повествования, не отвлекаясь ни на исторические ребусы, ни на стилистические изыски.

Почему Сегал снял "Кино про Алексеева" именно таким, каким оно получилось, — для меня загадка. Впрочем, не исключено, что я вообще не поняла замысел режиссера, и он хотел сказать зрителям что-то абсолютно иное.

Но, как бы то ни было, новый отечественный фильм очень ярок, интересен и необычен. Его непременно должны посмотреть все поклонники хорошего кино, а также те люди, которые помнят 60-е – 70-е годы или интересуются этой эпохой.


comments powered by HyperComments

LXX Каннский МКФ: "Нелюбовь" Звягинцева снискала любовь жюри

Сценарный Эксперт

XXV ВКФ "Виват кино России!": Настало "Время первых"

XXVIII ОРКФ "Кинотавр": "Про любовь..." и "Нелюбовь" вне конкурса

Умерла Ирина Карташева

XXV ВКФ "Виват кино России!": С юбилеем!